Полтора месяца - именно столько останется у банков на переписывание программного обеспечения, если закон о прогрессивном НДФЛ на доходы по вкладам примут в нынешнем виде и в заявленные сроки. Банковское сообщество считает эту задачу невыполнимой и просит перенести запуск механизма на год, до 1 января 2028 года.
Национальный совет финансового рынка направил в Госдуму письмо с предложениями по доработке законопроекта о налогообложении доходов по вкладам. Документ обязывает банки с 1 января 2027 года ежемесячно рассчитывать и удерживать НДФЛ с процентов по вкладам физлиц. При превышении дохода в 2,4 млн рублей ставка вырастает с 13% до 15%.
Проблема в том, что порог освобождения пересчитывается каждый год. Необлагаемый лимит определяется как сумма вклада в 1 млн рублей, умноженная на максимальную ключевую ставку ЦБ, которая действовала на первое число любого месяца в течение года. В 2026 году максимальная ключевая ставка составляла 16%, значит, лимит равнялся 160 тыс. рублей. Если ставка меняется, меняется и порог, а банку нужно пересчитывать базу для всех клиентов почти в реальном времени.
Глава НСФР объяснил логику обращения прямо: ввести такую обязанность в столь короткий срок крайне затруднительно из-за масштабных доработок программного обеспечения и необходимости интеграции с системой консолидированного учета НДФЛ. Совет предлагает компромисс: на 2027 год установить переходный период с «плоской» ставкой 13% для всех, а прогрессивную шкалу запустить с 1 января 2028 года.
По расчетам инициаторов обращения, такой вариант не бьет по бюджету. Налоговый орган сохраняет полномочие на итоговый расчет, доходы не освобождаются от налогообложения, а поступления в бюджет начинаются с начала 2027 года в любом случае - просто по единой ставке, а не по дифференцированной.
Логика двухуровневая. Банк в течение года считает доход клиента только по вкладам в своей организации и удерживает налог, если превышен необлагаемый лимит. В конце года ФНС сводит данные всех банков и доначисляет налог тем, у кого совокупный доход от всех вкладов во всех банках превысил лимит или планку в 2,4 млн рублей.
Из этой конструкции следует важный вывод: перенос срока, когда именно банки начинают применять прогрессивную шкалу, не уменьшает сборы в бюджет. Итоговую доплату все равно досчитает ФНС по итогам года, независимо от того, удерживал ли банк 13% или уже дифференцированную ставку в течение года. Банкам перенос дает только техническую передышку, а казне - ничего не меняет по существу.
Чтобы понять масштаб порога: чтобы попасть под повышенную ставку, в одном банке у человека должно лежать порядка 15-16 млн рублей. Это далеко не массовый вкладчик, но и не редкость для банковской системы в целом.
По данным ЦБ, сейчас у граждан в российских банках открыто около 273 млн вкладов. Вклады свыше 10 млн рублей, а это максимальная градация в статистике Агентства по страхованию вкладов, составляют всего 0,2% от общего числа депозитов, то есть более 500 тыс. штук. В первой половине 2026 года их количество выросло на 5,8%, а объем - на 2%. При этом по состоянию на 1 июля такие вклады заняли 30,3% от общей суммы депозитов физлиц - 19,6 трлн рублей.
Есть и дополнительная сложность с подсчетом. Часть вкладчиков дробит средства, раскладывая их по разным банкам, чтобы в каждом отдельном банке сумма не превышала порог. По итогам года при объединении данных через ФНС такой вкладчик все равно попадет под повышенную ставку, хотя в каждом отдельном банке его депозит выглядит скромно. Это и есть смысл консолидированного учета: разбить вклад на части можно, уйти от налога целиком - нельзя.
Крупные клиенты при этом сконцентрированы неравномерно. Основная масса состоятельных вкладчиков держит деньги в банках топ-20, где развито private-банкинг направление. Но доработать программное обеспечение придется абсолютно всем банкам, независимо от того, есть у них подобные клиенты или нет. Даже при максимально быстром принятии закона у банков останется месяц-полтора на изменение системы и интеграцию с ФНС, а за такой срок сделать это физически невозможно.
Требуемые доработки не выглядят революционными, но затрагивают сразу несколько узлов банковской инфраструктуры. Нужно встроить расчет НДФЛ в момент каждой выплаты процентов, причем нарастающим итогом с начала года и с учетом лимита. Если ключевая ставка меняется в течение года, лимит пересчитывается, и логику расчета приходится переписывать уже в режиме реального времени. Плюс нужна интеграция с ФНС для финальной сверки данных.
Формулировка одного из экспертов отраслевой ассоциации емко описывает масштаб задачи: это не «переписывание ядра» системы, но и не «заплатка». Главный риск здесь не в самом коде, а в том, что окончательные правила еще не зафиксированы: ко второму чтению законопроекта продолжают обсуждать поправки, в том числе предложение считать лимит по более актуальной ключевой ставке, а не по максимальной за год. Пока правила не закреплены, банки пишут программное обеспечение в условиях неопределенности, что сравнимо со строительством дома по чертежу, который еще согласовывают с заказчиком.
Для подавляющего большинства держателей вкладов перенос сроков практически не заметен: порог в 15-16 млн рублей в одном банке затрагивает узкий круг клиентов. Тем, кто формально близок к этой планке, стоит иметь в виду два момента.
Первый: независимо от того, когда банк технически начнет применять прогрессивную шкалу, итоговый расчет за год все равно сделает ФНС на основе данных со всех банков. Второй: дробление вклада по разным организациям не спасает от доплаты по итогам года, если совокупный доход превышает лимит, - налоговая служба сведет данные и выставит разницу к уплате.
Сейчас вопрос в основном технический и касается того, кто именно удерживает налог в течение года: банк помесячно или ФНС по итогам года единым платежом. Бюджет получит деньги в любом случае, разница только в механике сбора.
Самые читаемые
